Разговаривал с товарищем про репрессии 1937–1938. Он спрашивает: за что? За что столько смертей?

А берём Тибет 1959 года — там ситуация похожая, возможно даже страшнее, только с буддизмом. И что, причин не было? Прям добрые батюшки и монахи, и вот  — ни с того ни с сего такой ужас?

Нет, ничего не бывает с пустого места. Давайте посмотрим, что у нас было до того, как всё это случилось.

Сначала — цифры

1937–1938:

  • Православных архиереев расстреляно — 157 (абсолютное большинство), ещё 5 умерли в тюрьмах и лагерях.
  • По базе ПСТГУ «За Христа пострадавшие» (неполной, на октябрь 2022): в 1937–38 арестовано 12 987, расстреляно 8 633; экстраполяция сходится со статистикой НКВД.
  • Обновленческих «архиереев» расстреляно 86, григорианских — 13: руководство раскольничьих группировок уничтожено почти полностью.

Важная оговорка: тиражируемая в публицистике цифра «165 200 арестовано и 106 800 расстреляно» (из книги А. Яковлева «По мощам и елей») оспаривается специалистами как завышенная и неподтверждённая. Документальная статистика НКВД и данные ПСТГУ дают заметно меньшие — но всё равно чудовищные числа.

«Как бы причин не было. Разве?» — спросил я его. Давайте вспомним.

Крещение как военная операция

В 988 году Владимир крестил Киев. Дальше «святая вера» пошла по городам с дружиной. В Новгороде в 990 году горожане восстали против крещения — воевода Добрыня и тысяцкий Путята подавили бунт. Летописная традиция сохранила формулу: «Путята крестил мечом, а Добрыня огнём» — город приводили к вере, сжигая дома непокорных.

Ростов и Муром крестили десятилетиями и тоже силой: миссионеры гибли на месте (Леонтий Ростовский был убит язычниками), а население загоняли в веру войском.

«Повесть временных лет» фиксирует восстания волхвов — 1024 год в Суздале, 1071-й в Ростове и на Белоозере. Жрецы старой веры поднимали людей, и каждый раз мятеж давила княжеская дружина. На Белоозере воевода Янь Вышатич, допросив волхвов, велел повесить их на дубе.

Церковь-землевладелец

Дальше — экономика. Церковь на Руси быстро стала крупнейшим собственником. Ещё при Ярославе Мудром монастыри получили жалованные грамоты и освобождение от налогов, а следом — землю и людей. К XVII веку патриаршие, архиерейские и монастырские владения охватывали примерно треть земель страны.

Троице-Сергиев, Кирилло-Белозерский, Киево-Печерский монастыри превратились в вотчины с тысячами крепостных. Церковь благословляла барщину и оброк, а на непокорных звала стрельцов — или чинила расправу сама.

Миниатюра казнь стригольников. Фото из открытого доступа.